Ингурское ущелье. Местия

На вторую ночь в Чубери мне приснился сон, как будто я сажусь в маршрутку Чубери-Зугдиди, но каким-то образом приезжаю не в Самегрело, а в Абхазию, в Сухуми. Я - в панике, ведь мне надо обязательно попасть в Тбилиси, да и вообще не понятен мой статус в Абхазии. Мне страшно.

Я встал и прошёлся к окну - свежий воздух вернул меня к реальности. Сегодня - в Местию.

В 11:30 мы с Леваном сели в небольшой приятненький внедорожник и двинулись в сторону главного поселения Сванети. Потряслись на славу - дорога в ужасном состоянии, но весьма активно ремонтируется, поэтому вечером, в темноте, её было не узнать - какие-то нагромождения песка, камней и экскаваторов, а слева в нескольких метрах стометровая или околотогометровая пропасть...

После слияния Ингури с Ненскрой дорога, которой едва хватает места, вьётся вдоль уходящих в небо отвесных скал, к склонам гор крепятся огромные деревья, образующие недоступные для людей леса, а далеко внизу бьётся, гремя водой и валунами, река Ингури. И здесь никто не живёт - нет места для жилья. Кое-где видны крутые просёлочные дороги, ведущие к затерянным в каких-то оврагах и ущельях сванским деревенькам.

На полпути ущелье расширяется, где-то внизу появляются небольшие сёла с яркими прямоугольниками полей. Со снежных гигантов, не умещающихся в объектив фотоаппарата, стекают ледяные языки, постепенно преобразующиеся в зигзаги рек.

Дорога вьётся и вьётся – Сванетия не такая уж маленькая: от Зугдиди до Местии что-то в районе 150 километров, а далее ещё порядком до Ушгули, самого высокогорного поселения в Европе, в которое я обязательно поеду, но в следующий раз.

На последнем участке пути ущелье расширяется, и окрестная местность заполняется сёлами. Это предместия Местии - вот такой не забавный каламбур. Башни точно такие, как на засмотренных мной до дыр картинках, а вот горы - горы увидеть можно только собственными глазами!

Местия - праздное шатание по улицам, башни, горы, кубдари в кафе, ливень, молчание в машине под стук воды о лобовое стекло, пустые улицы с огромными лужами…

Было ошибкой оставлять поездку в Сванети на десерт. Проглоченные мной за три месяца куски впечатлений плотно забили мой туристский желудок, и в меня больше ничего не лезло. Ни горы, ни башни, ни люди, ни даже животные... Да, не поверите, бывает и такое.

Устал смотреть красоты, сидеть на сумках, менять дома, постоянно знакомиться с людьми. Я всё острее хотел обратно в Питер, в свой собственный угол, к моему образу жизни, моим друзьям, беспричинной грусти, праздной задумчивости под откровенно больным питерским небом, к своим пьяным выходкам, трёхструнной гитаре, гирляндам на чёрном потолке и долгим разговорам не о чём.

На следующий день я сидел в восьмиместном мицубиси с неразговорчивым сваном-водителем и пятью молодыми немцами интеллигентного вида. Они тоже собираются в Петербург - смотреть белые ночи. Эка невидаль белые ночи... Я не хочу общаться. За окном стадо коз - немец достаёт фотоаппарат. Эка невидаль козы... Ингурское водохранилище - ну и что?

"Это же Абхазия?", - спрашивает меня один из парней. "Да, эти холмы за рекой - Абхазия". Вот и Абхазию я увидел - впервые за 18 лет. Странная мимолётная встреча. "Ганс, это - Абхазия!", делится новостью один из моих попутчиков, посматривая в путеводитель "Одинокая планета". Они всё-таки прикольные эти немцы, но я так устал, так устал...

Зугдиди - вокзал и Интернет-клуб, несколько праздных дней в Хете, Тбилиси, ночные ливни с грозами, такси, аэропорт, самолёт, широкие киевские трассы, вокзал, поезд, таможни, таможни...